Лизал мне пятки и лицо,
И спрашивал, что снилось,
По полу бил своим концом,
Крича: «My vacant pillow!»

Залез на стену у двери.
Всё на столе остыло.
Я встала.
Больше не ори:
«Отдай my vacant pillow!»

Играют блики на реке,
А я почти забыла,
Что он висит на потолке
И с ним
my vacant pillow.

Устали города огни.
Я для себя решила:
Его к себе – теперь ни-ни!
Со мной my vacant pillow!

Проходит мимо новый день.
Всё резко изменилось.
Глядит в окно
От тени тень.
Страдает vacant pillow.



Но нет свободы у меня.
На лице сыром печать.
Всё решает бледный луч в твоих глазах.

1997

Лизал мне пятки и лицо,
И спрашивал, что снилось,
По полу бил своим концом,
Крича: «My vacant pillow!»

Залез на стену у двери.
Всё на столе остыло.
Я встала.
Больше не ори:
«Отдай my vacant pillow!»

Играют блики на реке,
А я почти забыла,
Что он висит на потолке
И с ним
my vacant pillow.

Устали города огни.
Я для себя решила:
Его к себе – теперь ни-ни!
Со мной my vacant pillow!


Проходит мимо новый день.
Всё резко изменилось.
Глядит в окно
От тени тень.
Страдает vacant pillow.

Но нет свободы у меня.
На лице сыром печать.
Всё решает бледный луч в твоих глазах.

1997